Морозовский клуб: Джеймс Чарнок — директор морозовской фабрики | Орехово-Зуево - последние новости

26 июля 2021, 12:15

Морозовский клуб: Джеймс Чарнок — директор морозовской фабрики

Морозовский клуб: Джеймс Чарнок — директор морозовской фабрики

Чарноки — большая семья английских специалистов текстильного производства, многие годы служивших в России в конце XIX — начале XX века. Об одном из них, Джеймсе Чарноке, рассказывает известный краевед, участница Морозовского клуба Александра Бирюкова

В. Шарко, работавший на рубеже XIX-XX веков на фабрике, в поэме «Фабрика в 90-х годах прошлого века» описал распорядок работы Викуловской прядильной фабрики:

«В 3:45 утра зазвучали сирены,

Сигнализируя пуск паровой».

(В 4 утра рабочие первой смены приступали к работе на станках — прим. автора)

«Вдруг приосанился грозный смотритель:

То англичане идут, мастера —

Из шерсти в английских костюмах

В семь с половиной утра».

«В семь сорок пять появляется смена….

Первая в восемь уходит домой»

«Десять часов затаилось дыханье

Всех и рабочих и смотрителей…

«Сам» появился, идет лиходей».

(«Сам» — это директор прядильни, «старый и тучный» Яков Васильевич Чарнок — прим. автора)

Прядильное производство Товариществом мануфактур Викула Морозова с сыновьями в местечке Никольском было открыто весной 1883 года. Прядильные машины в те времена выписывались из Англии. Вместе с ними приезжали, как бы в командировку, и их наладчики, а также специалисты, чтобы обучить работе русских. Такая практика существовала и много позже. Была найдена открытка одного такого наладчика от декабря 1912 года:

«Посылаю открытку, чтобы сообщить вам, что я жив и здоров. Путешествие сюда ( в Орехово-Зуево — прим. автора) было очень долгим — 5 дней! Машину ( станок) установили в прошлую среду, с ней все хорошо… Пробуду здесь еще неделю или две, потом, вероятно, поеду в Ригу».

-

На Викуловской мануфактуре англичане появились не ранее 1883 года, когда другая морозовская мануфактура уже во всю использовала отечественных инженеров и техников. Первые сведения об английских специалистах пока найдены на дату 11 марта 1885 года в Центральном государственном архиве города Москвы. В книжке Процентного счета Я.В. Чарнока с Товариществом, открытой 30 сентября 1888 года, в графе «Кредит» сделана запись: «11 марта 1885 года получено на вклад для приращения из 6% 600 руб.». Нужно думать, что именно тогда Джеймс Чарнок, или по-русски Яков Васильевич, был принят управляющим, директором Бумагопрядильной фабрики Товарищества.

Третий слева сидит среди служащих БПФ Я.В. Чарнок

Очень красочно описывает его В. Шарко в поэме:

«Вот он, гроза и директор прядилен,

Старый и тучный, глаза в потолок.

Важно с надменною миной шагает

Яков Васильев Чарнóк.

Лишь иногда поднимает он палец –

Скажет смотрителю – руки по швам –

В чем замечаемый им непорядок

Следует далее щучею «сам».

Часто затем у себя в кабинете,

Вызвав, со смаком любил пробирать,

В полном сознании силы и власти,

Топал с угрозой с фабрики гнать.

Вот образец нам его лексикона:

«Твой суки сын, ти Кирил

Мой сам Микита Герасима слишал.

Штраф три рублей и с хозяйка квартир».

Но иногда, задымивши гаванну,

Он благосклонно трепал по плечу

Пухлой рукой, «май дир» величая,

Нужных рабочих ему.

Часто на рыжей английской кобыле

Чарнок верхом моцион совершал

Лесом, тропинками, около фабрик

Он монументом в седле восседал».

Каковы были его взаимоотношения с рабочими-прядильщиками, можно понять из материалов фабричного инспектора Гончарова, который по окончании стачки 7 октября 1897 года опрашивал принявших участие рабочих, чтобы выявить истинное положение их на фабриках В. Морозова. Одним из первых вопросов, заданных бастовавшим рабочим, был: «Нет ли жалоб на Я.В. Чарнока?». Оказалось, что ни у кого нет. Один рабочий даже сказал: 15 лет служу, а обиды от него не видел.

Одновременно с Я.В. Чарноком на фабрике работал его племянник Клементий Чарнок. Автор поэмы упоминает о нем в строчках, где описывает, как служащие фабрик проводили выходные дни в Никольском: «Но по квартирам сравнительно скромно, / С водкой садились за карточный стол, / Или же с мистером Чарнок Клементием / Бурно резвились, играя в футбол».

Это о Клементии Чарноке писал Г.Г. Чарнок в 1945 году в статье «Британского союзника»: «В 1887 году мой брат, бывший член «Блекбери Роверс», предпринял попытку организовать футбольную команду в Московской губернии. После его отъезда команда распалась…». Шарко называет Клементия Чарнока инициатором футбола в Орехове.

Яков Васильевич Чарнок был женат на немке Ольге Васильевне Метц. Проживали они в коттедже на улице, которую мы знали как Англичанка. Его усадьба была первая от железнодорожной линии на Викуловской полосе. Хочу напомнить, что в этом районе Никольского, проходила кривая улочка, на западной стороне которой стояли дома служащих Викуловской мануфактуры, а на восточной — мануфактуры С. Морозова. Около дома Якова Васильевича был обширный сад с фонтаном, украшенным кораллами и раковинами.

Англичанка. Слева располагалась усадьба Чарнока

Остатки фонтана

Как показали документы стачки на Викуловской мануфактуре в 1897 году, в погребе Чарнока находились большие запасы вина и виски, а как явствует из поэмы, Джеймс любил курить лучшие в мире сигары — с острова Куба. Получая кругленькую сумму на мануфактуре — свыше 20 тысяч рублей в год, он выписывал их ящиками (виски, наверное, тоже).

Последняя запись в его процентной книжке в разделе «Кредит» сделана 3 июня 1899 года. Джеймс Чарнок умер 16 мая 1899 года, свидетельство о его смерти было выдано англиканской церковью святого апостола Андрея в Москве. По завещанию 2/3 дохода с его процентных бумаг и паев пожизненно должны были поступать жене О.В. Чарнок, а 1/3 — приемной дочери Сарре Дженни, по усыновлении Чарнок, урожденной Гринвуд. Алексей и Иван Викуловичи Морозовы сообщили в Казенную палату, что после Я.В. Чарнока остался капитал в процентных бумагах в 96 393 рубля 99 копеек, а также 10 паев Товарищества мануфактур «Викула Морозова с сыновьями» по 1 тысяче рублей. В январе 1900 года жена и приемная дочь Чарнока получили 70 тысяч рублей, а с оставшегося капитала и паев они получали дивиденты вплоть до 1918 года.


В статье использован материал Орехово-Зуевского городского историко-краеведческого музея: поэма В. Шарко, работа Моровой О.В. «Забастовка рабочих на фабриках Т-ва В. Морозова 7 октября 1897 года», статья Г. Чарнок в «Британском вестнике» 1945 года, материалы Центрального государственного архива г. Москвы (ф. 341) и открытка, предоставленная Г.А. Карповой. Фотографии из фондов ОЗГИКМ и В. Сыроежкина.