ГАУ МО "Орехово-Зуевское информагентство МО"

Возьми газету бесплатно
Онлайн
трансляция

Яндекс.Погода

воскресенье, 12 июля

малооблачно+30 °C

Сейчас в эфире

Радио «Артель»

Онлайн трансляция

Глубинка: Деревня Беззубово. На холмистых берегах Гуслицы

21 марта 2020 г., 9:00

Просмотры: 2668


На протяжении более 15 лет на страницах газеты «Орехово-Зуевская правда» выходили замечательные краеведческие материалы под рубрикой «Глубинка», автором этих уникальных статей был профессиональный журналист Геннадий Красуленков. Начиная с 1994 года вместе с фотокорреспондентом Александром Каблевым он объездил большинство отдаленных деревень бывшего Орехово-Зуевского района и дал описание более 100 населенным пунктам, подробно рассказав о жизни на селе

Журналист, краеведед, поэт и художник Геннадий Красуленков пришел в газету «Орехово-Зуевская правда» в январе 1994 года и быстро стал заведующим отделом. Вел темы образования, науки, культуры и спорта, поднимал актуальные проблемы региона, организовал «круглые столы» с участием представителей администрации и общественных организаций. Более 10 лет вел в газете «Литературную страницу». Он всегда четко понимал поставленные задачи и отвечал за то, о чем пишет. Его материалы по истории Орехово-Зуева, сохранении памятников и развитии внутреннего туризма были предметом обсуждения на заседаниях районного совета и комиссии по туризму. А принципиальная позиция по поддержке самодеятельного творчества в городе и районе была одобрена районным комитетом по культуре, что помогло возродить традиционные выставки самодеятельного творчества в регионе.

PIC00005.jpg

Вклад Геннадия Красуленкова в журналистику региона отмечен почетным званием «Заслуженный работник печати Московской области»

Кроме того, созданное Геннадием Красуленковым краеведческое общество «Радуница» несколько лет подряд при его редакторстве выпускало одноименный альманах. Он активно сотрудничал в издании историко-краеведческого альманаха «Гуслицы», ставшего в 2010 году победителем Российского конкурса краеведческих периодических изданий.

Одним словом, статьи Геннадия Дмитриевича открыли немало неизвестных страниц истории Орехово-Зуевского края и Подмосковья.

А еще на счету журналиста и краеведа Геннадия Красуленкова три экологических экспедиции по малым рекам, протекающим на территории Орехово-Зуевского, Егорьевского и Воскресенского районов. По их следам в «Орехово-Зуевской правде» и Егорьевской «Знамя труда» были опубликованы путевые заметки, прошли фотовыставки в Орехово-Зуеве и Егорьевске, клубах и школах искусств нескольких сельских поселений Орехово-Зуевского района.

Геннадий Красуленков всегда был в центре внимания и душой любой компании

IMG_3082.jpg

Изображение 020.jpg

PIC00035.jpg

Изображение 032.jpg

PIC00030.jpg

Нельзя не вспомнить и о художественном таланте Геннадия Дмитриевича. Выставки его живописных работ, а это пейзажи подмосковных мест, натюрморты, проходили в Орехово-Зуеве, Павловском Посаде, Ликино-Дулеве. Он же автор гербов Орехово-Зуева и Орехово-Зуевского муниципального района.

Кроме того, Геннадий Красуленков активно пропагандировал местный туризм. Регулярно на страницах газеты «Орехово-Зуевская правда» выходила его авторская страница «Туристическое Подмосковье». Он подготовил интересные публикации о 20 округах и районах Московской области с описанием исторических событий, которые вошли в летопись местности, что, безусловно, содействовало развитию туризма в Московской области.

Летом 2012 года журналиста, краеведа, поэта и художника Геннадия Красуленкова не стало. Он ушел внезапно, оставив много незавершенных дел и огромную пустоту в сердцах тех, с кем был знаком и близко дружил. Ему был 71 год…

PICT0026.JPG

Таким жизнерадостным и полным сил останется в памяти коллег и друзей Геннадий Красуленков

В память о нем, уважаемые посетители ресурса, мы запускаем новый проект «Глубинка», основанный на публикациях газеты «Орехово-Зуевская правда». Открывает цикл материал о деревне Беззубово, расположившейся на холмистых берегах Гуслицы.

Подготовила Анастасия Филиппова

Все матералы будут собраны в разделе «Проекты — > #Glubinka_Krasulenkov».

***

БЕЗЗУБОВО

В историко-экономическом справочнике «Орехово-Зуево и Орехово-Зуевский уезд Московской области», вышедшем в 1926 году под редакцией профессора Соболева, деревни Беззубово не найдешь. Она входила тогда в Егорьевский уезд, и сейчас ее жители по разным поводам предпочитают ехать не в Орехово-Зуево, а именно в Егорьевск, благо до него 20 минут езды на автобусе.

Привольно расположилось Беззубово на холмистых берегах Гуслицы. Дома в основном ладные и крепкие, хотя, как и в большинстве российских деревень, здесь больше ветеранов, чем молодежи. Самое капитальное строение в деревне — школа. В 1929 году раскулачили большевики местного хозяина Петрышова, имевшего ткацкую фабрику в Ильинском Погосте. Освободились тогда два крепко посаженные возле Егорьевского тракта кирпичные двухэтажные дома. Сюда и перевели школу, выведя ее из старого деревянного здания на краю деревни. Впоследствии сделали пристройку, которая объединила оба здания. Рядом со школой расположилась двухэтажка Беззубовской сельской администрации. Беседой с главой администрации О. В. Анисимовой и начинается рассказ.

Деревня Беззубово.jpg

ПРОБЛЕМ ХВАТАЕТ

Ольга Васильевна, территория Беззубовского округа — сельская, традиционно люди здесь были заняты в свое время в колхозах, потом в совхозах. Что бы вы сказали по общей характеристике вашей территории?

— В наш округ входят 15 деревень, из них только шесть имеют дороги с твердым покрытием. Всего хозяйств, то есть домов, в деревнях 1371, с постоянным же проживанием лишь 553, остальные — дачники. Коренные жители в основном — пенсионеры, трудоспособного же населения около 250 человек из тысячи с небольшим.

— Каждую деревню можно сравнить с большим единым домом, который требует от хозяина определенного текущего ремонта: то крышу подлатать, то калитку подкрасить, то фундамент укрепить. Достаточно ли у вас средств на текущие работы?

— Мы — бюджетники, а бюджетникам средств хватает зачастую только на заработную плату. Свободных средств очень мало, по сути дела по этой причине мы прекратили все благоустроительные работы. Не на что строить дороги, прекращена газификация. Я не первый год возглавляю Беззубовскую администрацию, руководила сельским Советом, в свое время были разработаны планы газификации деревень, строительства дорог с твердым покрытием. Как ни странно звучит, но если бы так называемый застой продлился года два-три, то мы были бы и с газом, и с дорогами.

Проблем хватает.jpg

— Ольга Васильевна, но ведь средства можно получить от тех же дачников, которым вы отводите земли, от предприятий, находящихся на вашей территории...

— Сразу скажу, что пользы большой от дачников пока нет. Земельные налоги, которые поступают в наш бюджет, ощутимой прибавки не дают. Что касается конкретных дел, то в прошлом году, например, московскому заводу "Фрезер" мы отвели 15 гектаров земли на 100 дачных хозяйств по 15 соток. Сделали они дорогу по деревне в песочном исполнении, к поздней осени всю разбили.

Есть у нас несколько цехов, в частности от московского завода "Молния" в Игнатове. Там свыше 80 человек работающих, есть небольшое мебельное производство, однако столь малый экономический потенциал не сказывается на общем благополучии Беззубовского округа.

— И все же, какие основные проблемы стоят сейчас перед администрацией Беззубова?

— Проблем хватает. Есть деревни, куда неделями не привозят хлеб. Разбитые дороги, отсутствие в домах газа, воды — вот чисто житейские проблемы, которые касаются каждого жителя. Время перехода к рыночной экономике усугубило положение на селе. Конкретный пример: раньше не было проблем насчет прочистки дорог по деревням, сейчас же плати за вызов трактора из совхоза "Ильинский", плати за солярку, при нашем худом бюджете мы не можем позволить этого. Ну и что дальше? Утопай деревня в снегу?

— И все же, есть ли просветы в этом "темном царстве"?

— Я надеюсь на лучшее. Проблемы села волнуют районную администрацию, она старается помочь людям, ищет неординарные пути выхода из тяжелого положения. Думаю, что при соединении наших усилий село вздохнет, заживет если не легче, то полнокровнее.

На снимке: О. В. Анисимова.

БЕСПРИМЕРНЫЙ ПОЛЕТ В НИКУДА?

С начала 30-х годов и до конца Великой Отечественной войны орехово-зуевская земля дала стране трех Героев Советского Союза. Первым среди наших земляков был удостоен этого звания А. В Беляков, родившийся в Беззубове в семье школьного учителя в 1897 году.

Это он вместе с В. П. Чкаловым и Г. Ф. Байдуковым совершил в июле 1936 года беспримерный беспосадочный перелет из Москвы до Петропавловска-на-Камчатке, а затем на остров Удд. Свыше 58 часов был в полете отважный экипаж, преодолев в одну сторону более 9 тысяч километров и установив мировой рекорд дальности полета. Вел самолет по курсу штурман А. В. Беляков. За этот подвиг все участники полета были удостоены звания Героя Советского Союза.

А через год, в июне 1937 года, отважная тройка снова взволновала весь мир: на своем АНТ-25 она совершила беспосадочный перелет по маршруту Москва — Северный Полюс — Ванкувер (США). Американцы с восторгом встречали необыкновенную тройку русских. За 63 часа 25 минут полета было преодолено свыше 12 тысяч километров.

Во время Великой Отечественной войны А. В. Беляков готовил штурманов для ВВС нашей Красной Армии. Память о генерал-лейтенанте авиации, нашем земляке, хранят в Беззубове, в местной школе расположился музей А. В. Белякова.

На его восьми стендах проходит жизнь героя. Привлекают внимание фотографии разных лет. Вот семья крестьянина Карпова, в доме которой жили Беляковы и где родился в семье учителя сын Саша. 1912 год — он уже гимназист Рязанской гимназии. Годы гражданской войны связаны со знаменитой Чапаевской дивизией. В 1938 году А. В. Беляков — комбриг, главный штурман ВВС Красной Армии.

Ну, а с чего начался музей? Откровенно говоря, до конца 50-х годов в деревне и не ведали, что знаменитый летчик родился здесь, в Беззубове. Были только предположения. И вот 25 декабря в ответ на запрос пришло письмо от отца А. В. Белякова, где Василий Григорьевич писал, что его сын Саша действительно родился в деревне Беззубово и что они жили на квартире Карповых.

Это порадовало тогда организаторов музея — директора школы П. С. Чугунова, его заместителя В. П. Ванеева, старшую пионервожатую В. М. Зинину и учителя истории А. И. Новицкую. Тогда же было написано от имени учеников и письмо самому А. В. Белякову в Москву. Вот его краткое содержание: "Просим вас оказать помощь в создании музея: нам нужны фотографии вас, вашей семьи, познакомьте нас с Г. Ф. Байдуковым... Сообщаем о нашей школе. Наша школа восьмилетняя, 230 учеников... В этом году у нас создано учебно-опытное хозяйство..."

А. В. Беляков охотно откликнулся на просьбу учащихся, прислал фотографии, ответил на все вопросы школьников. Кроме налаженной переписки были и встречи. В июне 1977 года большая группа учеников школы во главе с директором Л. Г. Леоновым побывала на даче Александра Васильевича в Старой Купавне, а 6 ноября 1980 года – на его московской квартире. В память об этих встречах остались фотографии и воспоминания. В 1981 году А. В. Беляков прислал своим юным землякам книгу "В полет сквозь годы", написанную им по фактам своей биографии.

1 сентября 1968 года А. В. Беляков посетил Беззубово. После в одном из писем он писал: "Надолго у меня останется в памяти поездка в родные места — Беззубово и волнующая встреча с преподавателями и учениками Беззубовской восьмилетней школы. В этой деревне семьдесят лет тому назад учительствовал мой отец и жива еще тетя Настя, нянчившая меня в первые месяцы моей жизни..."

Я смотрю на пожелтевшие от времени газеты, фотографии, письма. Богатый материал собрали в свое время педагоги и бывшие ученики школы. Только вид самого музея мало вдохновляет. Если тридцать лет назад в школе училось 230 школьников, то сегодня их немногим более 40. Однако помещений почему-то не хватает, и в музейной комнате разместили школьную библиотеку, из-за чего первый потерял свою значимость. Похоже, что здесь начали потихоньку забывать своего героя, чье имя известно всему миру. На чем же мы будем воспитывать патриотов новой России, неужели на примерах верткого дельца спекулятивного рынка?

ЭТО БЫЛО НЕ ПРОСТО ИСПЫТАНИЕ

Дом Курнаевых в Беззубове находится в пяти — семи минутах ходьбы от Егорьевского тракта. Белый дои, зеленая крыша, на участке несколько яблонь, груша. Тихо и чисто возле дома мартовским днем, когда я побывал у гостеприимных хозяев этого дома.

Раиса Лукинична, хозяйка дома, неспешно поднимала из колодца ведро с водой, сам Михаил Евстигнеевич красил двери. Блестел уже потолок яркими белилами. Обновляли свое жилье, по традиции к Пасхе наводили порядок.

В небольшой кухоньке светло и чисто, здесь и состоялся наш разговор. Предварю его несколькими фразами. Курнаевы давно на заслуженном отдыхе. В свою родную деревню Михаил вернулся в 1945 году, на гимнастерке сержанта сверкали два ордена Славы, орден Красной Звезды, Орден Боевого Красного Знамени и две медали «3а отвагу", а в придачу к ним — имел контузию гйловы. Хоть Бог спасал, как сам он говорил мне, но на войне не одуванчиками стреляют.

Это было не просто испытание.jpg

Раиса Лукинична, как и многие женщины Беззубова, работала во время войны в колхозе, была молода, сильна, но и таким сильным досталось вдосталь.

— Молодой я был, призвали меня в армию в 1942 году, — начал свой рассказ М. Е. Курнаев. — Сразу направили в школу, полгода обучали работе с "катюшей". После школы прямым ходом послали в самое пекло — на Курскую дугу. Там и получил боевое крещение.

Бои были страшные. При каждом выходе на позицию нам выдавали на каждую машину по порции тола, чтобы мы при вынужденном отступлении взрывали машины и не оставляли их немцам. "Катюши" были тогда еще секретны. За всю войну я сменил семь или восемь машин и столько же расчетов. Нередко водители горели заживо в кабинах. Удивляюсь, как Бог спас меня, несколько раз и я горел, как командир расчета я находился в кабине. При ведении огня включаешь рубильник электрообеспечения и вращаешь контактную ручку. Из 16 стволов один огненный шквал идет.

Да, жарко было. В одном из боев меня контузило, пуля прошла через щеку, на всю жизнь отметина осталась.

— Михаил Евстигнеевич, — спрашиваю я, — ну а самый памятный бой войны. Каким он был?

— Это тоже на Курской дуге. Немцы там пустили свои "тигры". Танки новые, для нас незнакомые, шла молва, что они непробиваемые. Командир нашего минометного полка вызвал командиров расчетов, изложил задачу. Короче говоря, надо было попробовать «тигров», как говорится, на зубок.

Переезжаем небольшую реку по мостику, под горой занимаем позицию. Видим: вдали появились танки. Насчитали их 50. Отступление наше не планировалось, был взорван мост, по которому мы прошли, чтобы "тигры", в случае чего, не прорвались к нам в тыл. При каждой "катюше" был тол.

Мы знали, что прямой наводкой нам их не взять, ударили осколочными в навес, работали расчеты как заводные, вся колонна «тигров» была накрыта нашим огнем. Вскоре танки запылали, осколки пробивали баки с горючим, что было самым уязвимым местом немецкой машины. 48 танков были объяты пламенем, два других с перебитыми гусеницами также остались тогда на поле. К счастью, в тот день никто из наших расчетов не пострадал. С хитринкой был и командир взвода, он заметил еще по дороге на позицию деревянный мост через реку. Мы снялись, развернулись и осторожно переправились, вскоре были в своей части. Не веря своим глазам, встретил нас командир полка. Все были тогда награждены орденами Славы.

Вспоминаю я командира полка, мудрый был, берег солдат и технику. Мы никогда не останавливались в деревнях, которые были для фашистских самолетов хорошими мишенями, прятались в лесах, если приходилось останавливаться в поле, то привязывали к машинам березы, делали своими силами нечто вроде перелеска. Атака с воздуха была для нас самой страшной, немцы знали это, они и были хозяевами неба, только когда появились наши истребители Лавочкина, тогда мы имели спасение...

Оба ордена Славы были вручены Михаилу Евстигнеевичу на Курской дуге. Да и не ему одному. За боевые заслуги 84-му минометному полку было присвоено звание гвардейского орденов Суворова и Александра Невского. К этому было присоединено и звание Новозыбковского. Хорошо запомнил город Новозыбков, что на Брянщине, сержант Курнаев.

— Предполагалось мощное наступление немцев, — говорит он.

— Минометный полк получил приказ: остановить немцев на главном направлении продвижения танков. Выбрали удобное открытое место, прямо у дороги закопали "катюши" по стволы. Танки хорошо шли, и мы хорошо стреляли. Прямой наводкой. Как остался жив — не знаю, много тогда ребят потеряли...

Брянск, Бобруйск, Новозыбков, Брест — вот основные этапы военной биографии М. Е. Курнаева. День Победы застал его в Кенигсберге. От радости прямо в одежде купались в канале, обливали друг друга водой из ведра.

Только тем война для него не кончилась. В конце мая в так называемом августовском лесу в Польше проводилась операция по уничтожению бендеровцев. Под огнем "катюш" горели тогда землянки, вкопанные в землю танки, люди. Немало и наших погибло там. Огненный веер накрыл всех.

После войны встретился с отцом, которого не видел три года. Тот пришел с фронта без ноги, без глаза, с контузией черепа. Досталось по самое первое число.

Михаил Евстигнеевич не спеша вспоминал былое, имена фронтовых друзей: наводчика из Загорска Краснова Василия, узбека Шаратова, еще из своего расчета Боброва, Шарапова. Нет-нет да и войдет в разговор Раиса Лукинична.

— Женщинам тоже досталось, — говорит она. — Я работала в колхозе "Путь к коммунизму". За один трудодень нужно было прополоть 4 сотки. За 400 граммов хлеба работали без отдыха. Несешь хлеб домой и откусить хочется, и домой принести. Отработаешь в колхозе, а потом на своем участке дел полно. С каждого двора в год брали по 500 килограммов картошки, 40 килограммов мяса, 200 штук яиц и 360 литров молока. Правда, если муж был на фронте или погиб там, то поставки не брали. Особенно доставалось одиноким женщинам, у которых мужа не было или он умер дома. Жила рядом с нами одна, Мотей звали, двое детей. Один Бог видит, как ей то время досталось. Поставки обязательные, приходилось таким даже покупать мясо на стороне и сдавать, а что себе оставалось — трудно сказать. Люди жалели, чем могли, в такое трудное время помогали. Да только все равно беда и горе всегда были с нами рядом. Так и умерла Мотя молодой.

Что я чаще всего вспоминаю с того времени, пожалуй, вот что: идешь с работы домой полем — пятки в трещинах, спина устала. Нелегко война далась...

Сам Михаил Евстигнеевич с 1946 по 1984 год работал помощником мастера на Егорьевском меланжевом комбинате. К боевым наградам прибавил медаль «3а трудовое отличие». Выросли дети у Курнаевых, разлетелись, разве что летом чаще всего оживает небольшой их домик. Весна по-прежнему волнует ветеранов, по крови они земледельцы, скоро грядки делать, кидать в землю семена, сажать рассаду. Жизнь есть жизнь, и прожита она вместе с деревней, вместе со страной.

На снимке: М. Е. Курнаев.

«Я НЕ ЛЮБЛЮ ГОРОД…»

От здания сельской администрации до Шаминых метров двести на Вантино. Дом новый, модно сказать, самый молодой в Беззубове. Впрочем, и сами хозяева его молоды. Елена и Олег вместе живут 12 лет. Две дочки — Света и Оля — сделали эту семью несколько непривычной для престарелой по возрасту деревни. Есть и хозяйство: корова Кра-суля — главная забота хозяйки дома Елены Шаминой. Муж Елены Олег работает в Егорьевске, в мебельном цехе.

Сама история молодых Шаминых, хоть и нечасто встречающаяся, но в какой-то степени символичная для нашего времени. Елена жила в Беззубове, училась затем в Егорьевске. Олег чаще всего был в Вантине, соседней деревне, хотя родители жили в Егорьевске. После свадьбы устроились в городе, пожили- побыли да и решили уехать в деревню.

— Я не люблю город, — говорит Елена, — у меня там голова болит.

Я не люблю город.jpg

В доме Шаминых уютно и тепло. Весна, пора готовить рассаду. Елена не работает: две дочки да хозяйство — только разворачивайся. В блюде земля, готовы деревянные ящики. Ловко орудуя ложкой, она сажает перец. Будут на грядках и огурцы, и помидоры. Все как у людей, как было у дедов и отцов. Село — оно труды любит.

А вот моя Красуля, — говорит Елена, — мудреная она у нас. А уж что до питья, то только чистую воду любит. Мыла как-то мясо, готовила обед, а заодно этими руками потрогала воду своей Красуле. И что вы думаете: почувствовала, не стала пить, фыркала и чуть ли не плевалась...

Что касается молока, то буренка оказалась ответной на заботу, молока хватает, продают и на сторону. Хватает, конечно, и забот, тяжело достается сено. Косить негде, разве что на неудобьях да в лесу. Выгона нет. Поддерживает одно: как считали раньше люди корову кормилицей, тем она и осталась.

Вот так и живут Шамины в Беззубове, а основные моменты этой жизни остались запечатленными в фотографиях. Елена «нащелкала» их множество. В них и родители, и муж, и друзья, и дети, и то, как Олег с Анатолием Федоровичем дом строили.

Елена рассказывает, улыбается, вспомнив то костер и шашлыки с друзьями, то увидев фотографию мужа с козлом, тс свою дочку Олю, стоящую на распутье дороги этакой бездомной Красной Шапочкой. Снова звучит смех. Дай-то Бог, чтобы в этом деревенском доме и других домах Беззубова звучал такой же добрый и светлый смех.

На снимке: вот так Шамины строили свое новое жилье.

ТЯЖЕЛО ВСПОМИНАТЬ

В Беззубове, как и в каждой деревне, много тех, кого непосредственно коснулись различные эксперименты над деревней, проводимые в советское время. Одна из них — Клавдия Демьяновна Горина, все семь с лишним десятков лет прожившая здесь. И дом ее стоит в самом центре деревни, напротив административного здания. Вот что она рассказала о прошлом:

— Деревня была большая, народу было много, не то что сейчас. В каждом дворе были и лошади, и коровы, держали и кур, и гусей. Многие занимались выращиванием рассады капусты, хорошая она здесь выдается. Рассаду продавали — тем и жили.

В 1929 году пришли раскулачники. Отец в колхоз не пошел, так нас тогда и разорили: взяли и лошадь, и корову, обложили налогами. Все в доме обобрали. Только Бог видит, почти все они в молодом возрасте и погибли.

Все на своем горбу мы вынесли, а уж с тех пор-то хорошо и не жили. Дом не могли построить себе новый. Лет десять, как справили. Сейчас живу одна, спасибо, приезжают из города бывшие мои соседи, они что родные для меня стали, заботятся, чем могут, помогают. Есть добрые люди.

Продолжение следует...