ГАУ МО "Орехово-Зуевское информагентство МО"

Яндекс.Погода

среда, 24 апреля

ясно+14 °C

Онлайн трансляция

Летопись ореховского футбола: Годы большого террора

09 апр. 2019 г., 17:01

Просмотры: 3702


В сезоне 1937 года Иван Рыжов и Николай Тарасов стали призерами национального первенства в составе московского «Спартака». А очень большая группа футболистов из Орехово-Зуева стала участником всесоюзных соревнований. Сразу два коллектива нашего города заявились на игры второго розыгрыша Кубка Советского Союза, общее число команд-участниц выросло до 125

Футбольная команда «Монолит» завода «Карболит» - участник Кубка СССР 1937 года

Двадцать третьего мая в Киеве местный «Спартак» экзаменовал команду «Монолит». Карболитовцы вышли на игру в следующем составе: М. Федосеев, В. Аминов, И. Мерзин, А. Зайцев, И. Мизов, Г. Лачков, А. Чеканов, К. Шкотов, С. Баранов, Г. Рассадкин, В. Мухляров. В их рядах отсутствовал один из лучших футболистов Константин Балясов: незадолго до этого матча он оформил переход в алма-атинский «Локомотив». Первый тайм прошел в равной борьбе, но остался все же за хозяевами — 3:2. А во втором спартаковцы «дожали» неуступчивого соперника. И капитан нашей команды В. Аминов, пожав руку своему более удачливому киевскому визави, признал поражение — 3:7. На следующий день в борьбу за трофей вступило «Красное знамя». В Одессе местные динамовцы, как писали газеты, провели легкую тренировку против «знаменцев», забив тем семь безответных мячей. В том злополучном матче за нашу команду выступали А. Селиверстов, Н. Лукьянов, Н. Дуленов, Ф. Штарев, В. Синев, В. Спирин, Н. Исаев, М. Клепиков, А. Трофимов, В. Чистяков, В. Лебедев.

В соревнованиях на Кубок СССР приняли участие многие экзотические команды – Кондитерская фабрика имени Бабаева, Шелкоткацкий комбинат имени Розы Люксембург, газета «Правда» типографии ЦК ВКП(б) имени Сталина, Индустриальный институт из Новочеркасска, команда «Золото и Платина» Золотопрофсоюза из Читы, команды трудовых коммун. Из них наибольшего успеха добилась команда «Динамо» — трудовой коммуны №1 из Болшева. В ходе турнира им удалось обыграть «Буревестник» (Ростов-на-Дону) 2:1 и «Динамо» (Киров) 4:2. Оступились коммунары лишь на столичных торпедовцах — 1:2.

Исправительно-воспитательное учреждение для малолетних правонарушителей в Болшеве было создано в 1924 году по приказу ОГПУ. Оно должно было стать экспериментальным учреждением, в котором воспитанники сохраняли свободу перемещения и пользовались внутренним самоуправлением. Срок пребывания в коммуне составлял от двух до трех лет. Численность коммунаров неуклонно увеличивалась и выросла к 1936 году до пяти тысяч человек. В 1939 году коммуну закрыли. Начались аресты ее руководителей, активистов. Рядовых членов коммуны, у которых еще не истекли сроки по приговорам, возвращали в места заключения. С 1937 по 1956 год Болшевская коммуна была предана полному забвению (о ней и сегодня не очень-то охотно вспоминают). Так закончился болшевский социально-педагогический эксперимент…

А вот другая история, связанная с болшевским «Динамо». Протоколы матчей и турнирные таблицы 30-х годов далеко не всегда дают полное представление о том, что происходило в нашем футболе в пору его становления. Голод, охвативший в начале тридцатых страну, в том числе и территорию Украины, отразился и на судьбе киевского «Динамо». Хотя динамовцы и получали специальные пайки, но у многих были семьи, близкие, и на всех не хватало. Страх надвигающегося голода не обошел никого. Началась миграция футболистов в более сытые города России. Так, например, в Иваново объявилась целая группа киевских футболистов. Благодаря им сборная Иванова стала добиваться значительных успехов. Когда голод пошел на спад, большинство киевлян покинуло Иваново.

Приблизительно в это же время в Москве арестовали киевских футболистов Михаила Свиридовского и Казимира Пионтковского, приглашавшихся в сборную СССР. Они пытались обменять отрезы сукна на продукты, были пойманы и направлены сроком на два года на принудительные работы в Болшескую трудовую коммуну. По тем временам это было очень мягкое наказание — учитывалась известность и популярность футболистов. Вскоре они, «перековавшись», были освобождены и играли в киевском «Динамо». Пионтковский, правда, недолго: в 1938 году его арестовали и расстреляли, вместе с бывшим форвардом сборной СССР харьковчанином Александром Шпаковским. Случилось это уже на Украине, где тогда хозяйничал Никита Сергеевич Хрущев, устремившийся (как и ранее в Москве) к установлению «всесоюзного рекорда» по количеству выявленных им «врагов народа». Всплеск массовых репрессий начался 30 июля 1937 года после подписания секретного приказа НКВД № 00447. Этот день считается началом Большого террора — периода политических репрессий, во время которого в 1937–1938 годах в СССР было арестовано не менее 1,7 миллиона человек (более 700 тысяч из них были казнены): «враги народа», «контрреволюционеры», «вредители», а также их родные и близкие.

Матч на Кубок СССР.jpg

Матч на Кубок СССР

Существует множество объяснений тому, почему самые масштабные репрессии стали разворачиваться именно в 1937 году. Часто справедливо указывают на большую роль внешнеполитической ситуации: ход войны в Испании, где коммунисты терпели поражения от армии Франко, усиление нацистской Германии и всеми ощущавшееся приближение новой большой мировой войны. На этом фоне в СССР активизировалась шпиономания, поиск внутренних врагов, первыми кандидатами в которые как раз и были «бывшие люди» («кулаки», священники, эсеры) и все их окружение — семьи, друзья, коллеги по работе. Именно в 1937 году был арестован ряд лиц, стоявших у истоков ореховского футбола: директор стадиона «Красное знамя» Александр Кынин, игрок сборной России Александр Кротов, создатель одной из первых команд в Орехово-Зуеве Владимир Галкин. Судьба их оказалось трагичной: на просторах ГУЛАГа потерялся след А. Кынина, практически до смерти Сталина находился в заключении В. Галкин. А. Кротова, в каком-то смысле, выручила война. Когда летом 1941 года гитлеровцы подобрались к Мурманску, главнокомандующий Северным флотом А. Головко своим решением расформировал ИТК в Мончегорске, где отбывал срок А. Кротов и направил заключенных в действующую армию.

В ходе начавшейся компании поиска «врагов» пострадали не обеспечившие должного спортивного результата в противоборстве со сборной Басконии несколько футбольных функционеров. Тренером московского «Локомотива» в международном поединке с испанцами был француз Жюль Лимбек — знаток европейского футбола. Однако под его руководством «Локомотив» крупно проиграл — 1:5. В вину ему вменялось то, что он как иностранец обязан был знать, как играют испанцы, но ничего об этом своим подопечным не рассказал, и те позорно проиграли матч. Жюль Лимбек был арестован и в том же году расстрелян.

Тренер Жюль Лимбек.jpg

Тренер Жюль Лимбек

В другом проигрыше баскам был обвинен арбитр встречи Владимир Стрепихеев.

В своих мемуарах Н.П. Старостин делает  по  этому поводу однозначный вывод: «Ему выпало несчастье судить тот самый матч с басками, в котором «Динамо» проиграло 4:7».

Следствие инкриминировало Владимиру Стрепихееву  также подготовку покушения на Сталина во время физкультурного парада на Красной площади 1 мая. В июле его арестовали, а в январе 1938 года расстреляли. Поводом для ареста послужила профессиональная деятельность: он был директором базы Москультторга. И завистников у Владимира Стрепихеева было предостаточно.

Судейская бригада во главе с Владимиром Стрепихеевым (в центре) в батче с басками.jpg

Судейская бригада во главе с Владимиром Стрепихеевым (в центре) в матче с басками

А тут еще открылись такие широкие перспективы для доносительства. Достаточно только ручку и бумагу иметь, чтобы настрочить донос. Самое страшное то, что движущей силой репрессий, начиная с 1917 года, были не только большевики и органы ВЧК, но и простое население. Стучать на Руси любили всегда, но в этот период «литературный» талант народа взлетел до небывалых высот. Лень самому работать – идешь в комбед и строчишь писульку в «органы» на соседа, смотришь, тебе за бдительность что-нибудь и достанется. В двадцатые годы самое трудолюбивое крестьянство именно таким образом и погибло (вспомните Павлика Морозова). Окончила бестолковая поросль комсомола рабфаки, работать не хочется, дай должность с портфелем и пошли писульки на старых «спецов» (знаменитые дела Промпартии и Трест). Окончили их сверстники военные академии, а должностей на всех не хватает, и появились такие же литературные опусы на «военспецов» (операция «Весна»).

Такова была эпоха – эпоха трагедий и высоких свершений.

Продолжение следует

Игорь Пелевин