ГАУ МО "Орехово-Зуевское информагентство МО"

Возьми газету бесплатно
Онлайн
трансляция

Яндекс.Погода

среда, 27 мая

пасмурно+13 °C

Сейчас в эфире

Радио «Артель»

Онлайн трансляция

Так закончилась моя война: Памяти ветерана-куровчанина Василия Китаева

07 апр. 2020 г., 14:10

Просмотры: 498


Несколько лет назад накануне 9 Мая журналист газеты «Орехово-Зуевская правда» Герман Спирин встречался с жителем города Куровское — участником Великой Отечественной войны Василием Китаевым. К сожалению, Василий Васильевич не дожил до 75-летия Победы, предлагаем вашему вниманию выдержки одного из последних интервью с героем войны

Полтора месяца не спали

— Мое участие в войне закончилось 2 мая 1945 года недалеко от Берлина, – рассказывал Василий Китаев, участник Великой Отечественной войны, танкист, житель города Куровское. — О том, что она завершилась, нам объявили 6 мая. Сказали, что Берлин взят. Как отмечали? Плакали и смеялись, шапки вверх бросали, кричали от счастья. Живыми же остались. Выпили за Победу, за всех наших. А потом спать. Мы до этого практически полтора месяца не спали, отсекали пути отхода власовским частям, которые норовили уйти к американцам. Немного вздремнешь и вперед. Доходило до того, что по двое из экипажа танка вылезали на броню, закутывались в брезент, привязывались к танку и спали. Танк грохочет, а ты спишь, ничего не слышишь. Настолько уставали, что спали под этот рев очень даже хорошо.

Таскал комбайн

Василий Васильевич родился 23 апреля 1926 года в Алтайском крае. В 1942 году его отец ушел на фронт, поэтому пришлось оставить учебу в школе и после 9-го класса поступить на курсы трактористов. После этого год «таскал комбайн» на гусеничном тракторе, зарабатывал деньги для семьи, так как был старшим из детей. В сентябре 1943 получил повестку из военкомата, был направлен в танковые войска.

— Нас тогда сразу повезли в Нижний Тагил, — вспоминал В. Китаев. — В учебный полк, где два месяца готовили на Т-34. А затем эшелоном на фронт в Белоруссию, где готовилась операция по взятию Новограда Волынского. Помню, полк, в который меня зачислили, был сильно потрепан в предыдущих боях. Половина техники выбита, большой некомплект личного состава. И тут мы, молодые.

Все в тумане

Про свой первый бой, в ходе которого танковая часть окружала немцев, Василий Васильевич рассказывал с напряжением.

— Экипаж был стреляный, не раз участвовал в боях. Я один молодой. А танк в бою, это система, в которой все основано на контакте друг с другом. Кричи не кричи, ничего не слышно сквозь грохот. Танковый шлем с наушниками также не помогает — не поймешь, кто и что говорит. Поэтому механик-водитель понимал командира только по тычкам, то по затылку, то правому и левому плечам и так далее. Ткнул тебя сзади по голове, газуй вперед. Но в тот бой командир танка сел справа от меня. Командовал, потому что мне еще было очень сложно ориентироваться. Кругом же броня и видишь что-то впереди только сквозь триплекс. В общем, ощущений никаких, все в тумане. Но говорили, что мы в этом бою немцев покромсали будь здоров. Только после боя я сутки не спал. Ничего не соображал, все думал, как можно убивать людей?

Долгий путь

Всего за этот период времени Василий Василевич принял участие в четырех боях. Причем после одного из них пришлось «познакомиться» с осколком немецкой бомбы.

— Вылезли из танка, прилегли отдохнуть, а тут немцы бомбят. Вот осколок и залетел прямо в руку. Ничего, в санчасти руку забинтовали и обошлось. А вообще ни одной царапины за все эти три месяца, что я был в танковом полку. Везение какое-то.

Другим своим везением В. Китаев считал экзамены, которые устроили в части молодым танкистам, которых отбирали для учебы в танковое училище.

— Можно сказать, таким образом, нас от гибели спас замполит Скворцов, мой земляк из Усть-Каменогорска. Вызвали в штаб и говорят, будете писать диктант, чтобы поступить в училище. Написали. Потом решали еще какие-то задачи по арифметике. И в ночь на машине поехали.

Путь оказался довольно долгим, в основном на поезде, так как ехать пришлось в Ташкент, куда из Харькова вывели танковое училище имени Сталина. Здесь рядовой Китаев проучился до марта 1945 года.

И снова неожиданность в солдатской карьере. Как оказалось, тем выпускникам ускоренного курса, у кого не было среднего образования, офицерские звания не полагались. Поэтому 150 бывших курсантов в звании старшины, в должности командир танка погрузили в эшелон и ускоренным темпом направили в Германию, в дивизию, которая к тому времени готовилась штурмовать Берлин.

— Это был город Вельтен, — вспоминал Василий Васильевич. — 60 километров от столицы Германии. Но что самое интересное, техника в части была настолько изношенная после боев, что чуть поддал газу танку, сазу лопались гусеницы. Помню, пришлось менять траки. Тогда была какая-то нервозность. Все ждали наступления на Берлин. Но вдруг нам ставят другую задачу — дивизия будет окружать власовские части в районе Ораниенбурга, где находился штаб армии Власова. Они пытались уйти к американцам. Надо было их отсекать и не давать вырваться. И мы практически окружили эти части. Как нам потом говорило командование, в окружение попали около 40 тысяч человек. А им терять было нечего, поэтому дрались они отчаянно. Да и вооружение у власовских частей было хорошее — много фаустпатронов (противотанковых гранатомётов одноразового действия — прим. ред.).  Поэтому жгли они наши танки. Ну и наши в ответ спуску не давали. Остервенение было сильное со всех сторон. Все понимали, что вот он конец войны, а тут надо идти в атаку, воевать. Другой-то никто кроме тебя этого делать не будет. Поэтому злость на фашистов только усиливалась, была очень сильной. Сам видел, как подбили танк, который шел перед нами. Я ору механику, сигналю, чтобы он давил на газ и уходил в сторону иначе мы следующие. Отвернули, и давай по газам, да из пулемета туда, где могут быть фашисты. В общем, уцелели. Видел, как наши в атаку шли, злые, в глазах только ненависть. Это война. А потом нам сообщили, что Власов взят в плен и мы остановились в лесу. Это было уже 2 мая, когда наши войска вовсю штурмовали Берлин. Мы тогда от него километров в 30 были. Все видно и слышно, как бои шли. Жуть. Но можно сказать, что так закончилась моя война.

Такой жути не видел никогда

При этом Василий Васильевич почему-то не называл войной все то, что происходило с ним вплоть до 1950 года, в городе Ораниенбург, на территории концентрационного лагеря Заксенхаузен.

— Я служил в армии до 1950 года, — говорил он. — Наша дивизия располагалась в бывших казармах танковой армии Гудериана, затем занимали бывший штаб власовских войск. Помню на здании золотыми буквами было написано «Русская освободительная армия». А самое страшное произошло, когда я оказался на территории концентрационного лагеря. Я вообще-то человек впечатлительный, а тут аккуратно уложенные тюки с человеческими волосами, обувь бывших заключенных, печи крематориев. Даже зола от сожженных людей была аккуратно упакована в мешки и сложена штабелями. Короче говоря, какой-то ад. Но самое неприятное, когда меня отправили старшим группы по приемке территории бывшего концентрационного лагеря, куда в казармы обслуги должны были перевести нашу дивизию. Пробыл я там два месяца, а потом взмолился, чтобы замполит убрал меня оттуда. Такой жути не видел никогда. В итоге меня оттуда отправили в часть.

Гул круглые сутки

Была и еще одна почти война после войны, когда до предела обострились отношения с американцами в связи с окружением Берлина. В то время американским конвоям перекрыли все пути, кроме воздушного на западный Берлин.

— Все было на грани начала боевых действий, — объяснял ветеран. — Нас ночью подняли по тревоге и направили в сторону реки Эльба. Вышли на берег и начали окапываться. Американцы на другом берегу. Друг друга видим, кулаками машем. Так два месяца стояли. Спали в окопах, толком не мылись. Потом лучше не стало. Американцы в Берлин грузы завозили самолетами. А они перед приземлением очень низко летели над нами. Гул круглые сутки стоял такой, что спать было невозможно. И так три месяца.

Косвенное предложение

В ноябре 1950 года вместе с подготовкой документов на демобилизацию В. Китаеву присвоили звание лейтенанта.

— Так и сказали, мол, ты по ускоренной программе танковое училище закончил, а после этого еще и десятилетку в части, получил аттестат о среднем образовании. Так что у тебя полный комплект, получай офицерское звание. Хотя ясно было, что это косвенное предложение продолжать службу. Но я решил уходить на гражданку. Правда, чтобы решить это, три дня думал, нервничал, не спал. Спрашивал себя: «Кому ты нужен? Ничего ведь не умеешь». Все равно демобилизовался.

После окончания службы гражданская жизнь буквально закрутила молодого отставника. Были в ней и химический завод, и работа в партийных органах, учеба в техникуме, институте, университете. Чтобы подсчитать заводы, фабрики, другие сооружения, к строительству которых он имел самое прямое отношение, не хватит пальцев на руках.

Василий Васильевич радовался, что дети, родственники, соседи, да и большинство жителей Куровского не забывают его. Готовясь к очередному Дню Победы, он говорил: «Будем праздновать. Соберемся все вместе. Это великий день. День нашей Победы».

[widget:ShowFotoExtended('id'=>251467, 'desc' => '', 'alt' => 'IMG_5863.JPG' )

Подготовила Марина Отрадная

Фото Германа Спирина